Статьи

Василий Кашин «Пекин глядит вдаль. Как Китай наращивает потенциал проецирования силы»

В прошедшем году вышло слету несколько этапных событий в развитии китайской военной мощи. В апреле Две тысячи пятнадцать г. Китай выполнил первую посадку вооруженных сил в охваченной войной стране спецназ китайского флота прибыл в йеменский порт Аден для обеспечения эвакуации людей КНР.

В сентябре стало понятно, что Пекин готовится подписать соглашение о разработке военной базы за рубежом пт снабжения флота в Джибути. При всем этом, по всей видимости, продолжалось переговоры о строительстве очередной базы в Африке в Намибии. Соответствующая информация впервой появилась еще в конце Две тысячи четырнадцать начале Две тысячи пятнадцать года.

В декабре Две тысячи пятнадцать г. Всекитайское собрание народных представителей приступило к созданию нормативно-правовой базы отправки войск и силовых подразделений спецслужб за предел для борьбы с терроризмом. Новый китайский Закон о борьбе с терроризмом детально определяет способности органов гос власти и порядок действий силовых структур за рубежом.

Впечатляющий прогресс достигнут в развитии возможностей проецирования военной силы в глобальном масштабе. Некоторые из китайских программ, которые будут описаны ниже, разумеется нацелены на применение военной силы за пределами западной части Тихого океана. Вышло дальнейшее расширение географии действий китайского флота, продолжилась тенденция к росту его активности в Индийском океане.

В конце Две тысячи пятнадцать начале Две тысячи шестнадцать г. Пекин приступил к реализации комплекса беспрецедентных по радикальности военных реформ. Они должны привести к дальнейшему повышению роли флота за счет сокращения удельного веса сухопутных войск и, что еще важнее, к появлению объединенных командований, готовых управлять межвидовыми операциями по образцу западных стран.

На фоне планомерной работы по созданию военно-технических и даже юридических предпосылок использования китайских вооруженных сил в удаленных частях мира КНР в целом держится прежнего, относительно пассивного внешнеполитического курса. Китай несколько повысил свою активность в ближневосточной политике в процессе турне Си Цзиньпина по региону поначалу Две тысячи шестнадцать года. Ранее более насыщенными стали контакты с различными сторонами вооруженного противостояния в Сирии и начаты поставки орудия в зону конфликта. Все таки пока страна все еще держится в тени, пусть и не так тщательно, как ранее.

Противоречие меж быстро создающейся вещественной и нормативно-правовой базой для активного великодержавного курса и имеющейся политической практикой может разъясняться внутренней ситуацией в КНР. Происходит запоздалый слом прежней политико-экономической модели и кризис элит, из которого правительство пробует выйти способом воплощения беспрецедентной по масштабам очистительной кампании. Ближайшие годы будут посвящены изменениям во внутренней политике и экономике на фоне масштабных военных реформ. Исходя из публикаций Центрального военного совета по вопросам ведущихся реформ, можно представить, что Китай ожидает конструктивного, прорывного роста собственных военных возможностей только к Две тысячи 20 году. Может быть, эту дату можно рассматривать как предел для окончательного перехода КНР к активной внешней политике.

Реформы и конфигурации риторики о применении ВС

Белая книга КНР по военной стратегии, размещенная в мае Две тысячи пятнадцать г., документ особой значимости, стоящий раздельно от ранее публиковавшихся Белых книг по гос обороне. Она представляет собой 1-ый в китайской практике пример совмещения жанров Белой книги (т.е. обращения властей к собственному гражданскому обществу и внешнему миру) и директивного документа Центрального военного совета, известного как Направления военной стратегии.

Направления военной стратегии издаются Центральным военным советом каждые несколько лет (в последнее время примерно раз в десятилетие) и представляют собой сжатое изложение ценностей военного строительства, часто суммируемое в одной фразе. Белая книга Две тысячи пятнадцать г. предшествовала циклу масштабных военных реформ, инициированных в конце Две тысячи пятнадцать начале Две тысячи шестнадцать г., что, видимо, побудило китайские власти сильно много высказаться о задачах военного строительства.

С чисто военной точки зрения принципиальным конфигурацией в формулировках Белой книги Две тысячи пятнадцать г. стало новое повышение значимости информационных технологий в представлениях о войне будущего. Если Направления военной стратегии Две тысячи четыре г. призывали вести подготовку к локальной войне в аспектах информатизации, то на данный момент формулировка звучит как информатизированная локальная война. Несмотря на незначительную, на 1-ый взгляд, корректировку формулировок, речь идет о важной новации, позволяющей говорить о следующем шаге развития. Одним из тривиальных следствий стало, например, создание в конце Две тысячи пятнадцать г. нового полноправного вида вооруженных сил Войск стратегического обеспечения НОАК. Они соединили в себе рода войск, связанные с информационным противоборством и информационным обеспечением боевых действий, включая радиотехническую разведку, киберразведку, РЭБ, космическую разведку.

Похожее же, на 1-ый взгляд незначительное, изменение касается и возможных миссий и задач, стоящих перед НОАК за границей. Упоминания о том, что у КНР имеются забугорные интересы, нуждающиеся в защите, содержались в Направлениях ЦВС (как и в Белых книгах по гос обороне) еще с Две тысячи четыре года. Но сформулированы они были очень расплывчато. Например, в Белой книге Две тысячи тринадцать г. отмечалось, что растет число угроз забугорным интересам Китая. Но роль вооруженных сил в защите муниципальных интересов за пределами собственных границ затрагивалась исключительно в заключительной части широкого списка задач, стоящих перед НОАК, при всем этом с естественным акцентом на небоевые миссии. В дополнение [китайские вооруженные силы] наращивают возможности по проведению операций за рубежом, а конкретно по реагированию на чрезвычайные ситуации и спасению, защите торговых судов в море, эвакуации китайских людей, также обеспечивают надежную поддержку китайским забугорным интересам в сфере безопасности, говорилось в документе.

Белая книга Две тысячи пятнадцать г. высказывается куда более точно. В списке основных стратегических задач обеспечение безопасности забугорных интересов Китая находится на четвертом месте после защиты суверенитета и территориальной целостности, обеспечения воссоединения Тайваня с материком и защиты интересов Китая в новых сферах (киберпространство и т.п.). Показательно, что обеспечение ядерного сдерживания, расширение международного сотрудничества и борьба с терроризмом и сепаратизмом следуют ниже в этом списке задач.

На практическом уровне реализация нового, более активного подхода началась на полтора месяца ранее публикации Белой книги в конце марта Две тысячи пятнадцать года. 20 девять марта китайские фрегаты Вэйфан и Линьи высадили десант спецназа морской пехоты в порту йеменского города Аден. Спецназ взял под контроль часть порта и установил связь с уже находившимся в стране подразделением спецназа Народной вооруженной милиции, отвечавшим за безопасность китайского посольства. Вместе они обеспечили доставку на китайские боевые корабли находившихся в стране китайских людей и малеханького числа иностранцев из третьих стран (всего около 600 человек). Позже эвакуированные прибыли в Джибути, откуда пассажирскими самолетами возвратились на родину.

Китай впервой ввел сухопутные боевые части на местность страны, охваченной конфликтом. И это был 2-ой случай использования возможностей НОАК для эвакуации китайских людей из зоны конфликта после Ливии в Две тысячи одиннадцать году. Но там единственный фрегат Чжоушань и транспортные самолеты Ил-76 обеспечивали резвее символическое роль военных подавляющее большая часть большой, 35-тысячной, китайской колонии вывезли гражданскими судами. По сравнению с этим аденская операция стала подчеркнуто демонстративной и широко рекламировалась СМИ. Фото прекрасно выглядящих китайских спецназовцев на местности аденского порта пользовались большущим успехом. Китай разумеется давал понять, что методы защиты его все более огромных и уязвимых забугорных интересов меняются.

На фоне обострения сирийского кризиса и вступления российских вооруженных сил в боевые деяния в китайской прессе появилась открытая дискуссия о необходимости и технической возможности вмешательства КНР в отдаленные операции. Впервой роль Китая в локальном конфликте, не затрагивающем непосредственно его территориальную целостность и безопасность, стало хотя бы допускаться. Интерес Китая к сирийской ситуации связан с несколькими факторами, включая не в последнюю очередь присутствие в рядах различных конструктивных группировок нескольких сотен последователей Исламского движения Восточного Туркестана террористической организации, ведущей подрывную деятельность на местности Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР и умеренно переносящей активность в немусульманские области страны. Не считая того, Китай, как и Россия, не приемлет американскую практику агрессивного экспорта ценностей и поддержки цветных революций.

В то же время богатство китайских интересов на Ближнем Востоке, а конкретно тесное торгово-экономическое сотрудничество с Саудовской Аравией, Турцией и Катаром, по всей видимости, предопределило обыденный китайский подход к проблеме. Китай нарастил поставки вооружения Ираку и, судя по всему, приступил к поставкам орудия и военной техники (военные авто) Сирии, также активизировал контакты с представителями сирийских властей и оппозиции по вопросам урегулирования. Летом-осенью Две тысячи пятнадцать г. в Ирак прибыли китайские ударные беспилотные аппараты CH-4, которые эксплуатируются при поддержке групп китайских техников и, нельзя исключать, пилотируются в боевых вылетах китайскими операторами.

В руководстве, может быть, имела место грозная дискуссия по вопросу о глубине вовлечения в ситуацию, но в итоге возобладало миропонимание о необходимости придерживаться осторожного подхода. Но есть основания считать: если бы положение вокруг Сирии было менее взрывоопасным, а главные участники выработали бы консенсус по совместным действиям против конструктивных исламистов, 1-ая за несколько десятилетий забугорная китайская военная интервенция могла бы состояться уже сейчас.

Подготовка к применению ВС в удаленных районах

Сам процесс быстрого роста китайской военной мощи естественный и неизбежный. Китай только приводит военные возможности в соответствие с масштабами своей экономики, местности и населения, при всем этом делает это с жестоким запаздыванием, наверстывая отставание, накопленное в период пренебрежения задачами обороны в 19801990-е годы. Интерес, но, представляют ценности военного строительства и характер задач, к решению которых готовятся китайские военные.

Можно с уверенностью утверждать, что Пекин решает долгие, повторяющиеся, очень дорогостоящие усилия по подготовке НОАК к активным боевым действиям в удаленных регионах мира. Речь идет не об ограниченных действиях с ролью отдельных кораблей и подразделений специального назначения, а об операциях с привлечением очень огромных сил, включая посадки десантов на побережье стран за тысячи км от Китая. Пекин готовится к использованию контингентов, насчитывающих тысячи человек, в хоть какой точке мира.

В некоторых случаях КНР инвестирует средства в военные возможности, просто бесполезные для решения более вероятных для НОАК задач в рамках Азиатско-Тихоокеанского региона, таких как защита собственной местности, обеспечение воссоединения Тайваня с материком, защита китайских притязаний в территориальных спорах.

Соответственный пример передача китайским военно-морским силам в июле Две тысячи пятнадцать г. первой мобильной десантной платформы (по классификации создавших данный класс судов янки Mobile Landing Platform, MLP) Дунхайдао всего два года спустя после появления подобного судна в США. Как принципиально новый класс судов обеспечения они выдуманы в Соединенных Штатах в рамках концепции морского базирования (seabasing). И предполагают проведение морских десантных операций на важном удалении от собственных баз и без опоры на береговую инфраструктуру.

Мобильная десантная платформа позволяет организовать перевалку всех типов грузов в открытом море с обыденных транспортных судов (военных и гражданских) на спец десантные катера. Цель воплощение постоянного потока грузов с неспециализированных транспортных судов на необорудованное побережье для поддержки действий экспедиционных сил. Применение MLP не имеет смысла, если расстояние от собственных баз исчисляется десятками или сотками миль, потому что тогда доставка грузов на побережье возможна при помощи многочисленных десантных катеров, малых десантных кораблей и малеханьких гражданских судов непосредственно из собственных портов. Мобильные десантные платформы не нужны, если предполагается внедрение только малеханького экспедиционного контингента в несколько сотен человек, потому что для него достаточно специализированных десантных кораблей. Развитие технологий MLP указывает амбиции к приобретению потенциала развертывания в удаленных районах мира военных группировок в тысячи человек, готовых к активным военным действиям.

Развитие десантных сил, также возможностей по снабжению боевых кораблей в открытом море уже на нынешнем шаге смотрится излишним по отношению к обычно декларируемым для ВМС НОАК задачам возвращения Тайваня и удержания спорных островов в Южно-Китайском море. Фактически десантные силы ВМС НОАК уже опередили российский ВМФ образца 1980-х годов. Например, китайский флот получил четыре десантно-вертолетных корабля-дока проекта 071, а всего их должно быть более 6. ВМФ СССР в зените собственного могущества имел всего только три десантных корабля, способных нести вертолеты и оснащенных доковыми камерами проект Одна тысяча 100 70 четыре Носорог, но Носороги были вдвое меньше китайских кораблей по водоизмещению и обладали целым рядом конструктивных недостатков. Китай обладает 20 девять большими десантными кораблями проекта 70 два различных модификаций. Если 1-ые из их примерно соответствовали по своим чертам основным русским не малым десантным кораблям проекта 775, то их поздняя версия (10 кораблей типа 072-III) уже намного превосходит российские корабли по водоизмещению и несет десантные вертолеты.

Особенное внимание Китай уделяет развитию транспортов снабжения, предназначенных для поддержки действий флота на большом удалении от собственных баз. Флот имеет более 10-ка транспортов снабжения водоизмещением более 20 тыс. тонн и ведет строительство первого большущего (более 40 тыс. тонн водоизмещения) транспорта проекта 901.

Надводные силы китайского флота уже обладают значительными возможностями по поддержке экспедиционных сил и превосходят здесь ВМФ СССР 1980-х годов. Например, готовы или находятся на разных стадиях строительства около 20 боевых кораблей, оснащенных зенитными ракетными комплексами большой дальности С-300Ф или HQ-9 (в настоящее время ракетные крейсера с ЗРК С-300Ф играют главную роль в обеспечении безопасности российского контингента в Сирии). К ним относятся эсминцы проектов 051C (2), 052C (6) и 052D (построено четыре, восемь проходят испытания либо находятся в разных стадиях готовности). ВМФ СССР на пике имел системы ПВО такого класса лишь на Семь кораблях (по три крейсера проектов Одна тысяча 100 40 четыре и Одна тысяча 100 шестьдесят четыре и один большой противолодочный корабль проекта 1134). Добавим, что эсминцы 051D также обустроены многофункциональными системами орудия и способны использовать крылатые ракеты по наземным целям такие возможности у российского флота появились только не так издавна.

Российский Союз не располагал полноценными боеготовыми авианосцами. Достроив прошедший российский авианесущий крейсер Варяг, Китай реализует крупномасштабную программу развития авианосного флота, которая дозволит уже поначалу следующего десятилетия ввести в строй 1-ые атомные авианосцы американского типа с внедрением электронных катапульт. В настоящее время в процессе строительства находятся два авианосца. Продолжается и большая программа строительства стратегической военно-транспортной авиации. Как предполагается, 1-ые тяжелые транспортные самолеты Y-20 китайского производства достигнут начальной боеготовности в Две тысячи семнадцать году.

Элементы, связанные с выполнением задач за рубежом, все более разумеется находятся и в боевой подготовке НОАК. Например, в январе Две тысячи шестнадцать г. более Два тыс. военнослужащих морской пехоты и полка особенных операций китайских ВМС провели учения в пустыне Гоби в экстремальных погодных аспектах. Ряд забугорных экспертов восприняли учения как показатель формирования на базе морской пехоты универсальных экспедиционных сил, способных действовать в разных географических зонах и не обязательно в привязке к морю, подобно тому как это имеет место в Соединенных Штатах. Разумеется, на официальном уровне КНР опровергает подобные намерения.

Когда же Китай рассчитывает пустить в дело все эти впечатляющие технические возможности? Чуток ли мы увидим их применение в ближайшие годы. Современные военно-технические проекты обычно очень продолжительны по срокам реализации. Китай находится в самом разгаре серии огромных политических, экономических и военных преобразований. Стартовавшая поначалу Две тысячи шестнадцать г. конструктивная военная реформа предполагает ликвидацию целого ряда структур военного управления, изготовленных коммунистами еще до образования КНР в Одна тысяча девятьсот 40 девять году. На фоне огромных сокращений (Си Цзиньпин в сентябре Две тысячи пятнадцать г. заявил о планах уменьшить численность НОАК на Триста тыс. человек) полностью реорганизована система военных округов, ликвидирован старый Генеральный штаб, на его месте создан новый Объединенный штаб и реализован целый ряд других огромных нововведений. Размещенные Один января Центральным военным советом КНР Суждения по углублению военной реформы указывают, что преобразования позволят добиться прорыва в эффективности управления китайскими вооруженными силами к Две тысячи 20 году. Можно представить, что Две тысячи 20 г. является для китайцев некоторой рубежной датой, к которой предполагается довести до конца как главные организационные реформы, так и крупнейшие технические проекты.

Выход Китая на мировую арену в качестве полноправной великой державы, обязательно, готовится, но когда он произойдет предсказать тяжело. Не вызывает колебаний только тот факт, что это событие будет тщательно срежиссировано для произведения большего эффекта внутри Китая и на международной арене.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *