Статьи

Федор Лукьянов «Семена темного будущего. Как русский фактор меняет американскую политику»

Русский фактор, в один момент оказавшийся в центре президентской кампании в США, приобретает все более грозный вес в американской внутренней политике. Обнародованный в 1-ые дни нового года доклад о типо имевшем место вмешательстве российских взломщиков в ход предвыборной гонки не столько осложняет дела Дональда Трампа и Владимира Путина, сколько делает внутриполитические задачки для 45-го президента Соединенных Штатов (вплоть до перспективы импичмента). Как вышло, что американцы так уверовали во всемогущество Путина и вездесущность руки Кремля? И что это все означает для самих США и остального мира?

На днях на влиятельном американском сайте Politico появилась широкая публикация, которая обращается к забытому сериалу тридцатилетней давности Америка. Это кинопроизведение, коммерчески совсем неудачное, обрисовывало захват Соединенных Штатов Советами. Но не войной, а средством внедрения агентов в политическую систему, в конечном итоге чего на выборах Одна тысяча девятьсот восемьдесят восемь года победил кремлевский ставленник. Делая упор на собственных патронов, он быстро превращает Америку в порабощенное тоталитарное правительство.

Создатель статьи считает, что история, казавшаяся полным бредом три десятилетия назад, практически стала явью. Семена темного будущего уже посеяны в нашу почву, предупреждает он и разъясняет, что Путин подрывает веру в американскую демократию, манипулируя сознанием людей США. Основная угроза, считает создатель статьи, в отсутствии воли к мобилизации. Создатель сетует по поводу тех, кто жалобно стенает в Facebook о том, что Россия выполнила нечто похожее перевороту, но чувствуют полное бессилие, не понимая, что с этим можно сделать.

Год назад, когда в Соединенных Штатах только начиналась президентская гонка, более вероятными финалистами считались политики с фамилиями Клинтон и Буш. Тогда нереально было предугадать не только итог кампании, ну и ту степень панической экзальтации, в которую впадет политический класс страны Двенадцать месяцев спустя. И то, что происходит сейчас, похоже, только начало.

Уже 1-ые дни 2017-го задают тон предстоящему политическому году. Президентские выборы не положили конец яростной схватке периода избирательной кампании, как это обычно бывает, а только подлили масла в пожар острого внутриамериканского конфликта. Проигравшая сторона (это не только демократы и сторонники Хиллари Клинтон, ну и большая часть республиканского истеблишмента, резко выступавшая против Трампа) формально признала победу выскочки, но с ней не смирилась. Скорее всего, избранному президенту не достанется даже положенных 100 дней благоприятствования, когда он может сказать свои ценности и приступить к их реализации. Противодействие начнется со дня инаугурации, и в ход пойдет все, что способно если и не снести обладателя Белого дома, то очень саботировать его инициативы.

Скажем, усилия, направленные на то, чтобы не допустить пересмотра отношений с Россией, оказываются на виду. Решение Обамы придать мерам возмездия за хакерские атаки очень публичный характер в духе пика холодной войны (высылка 30 5 дипломатических работников) разумеется нацелено на то, чтобы сколь может быть осложнить следующей администрации любые деяния в этом направлении. Доклад разведсообщества о вмешательстве в выборы также ставит Трампа в неудобное положение. Нельзя отмахнуться от консолидированного представления нескольких спецслужб, даже если аргументация смотрится умопомрачительно.

Вообще, примечательно, что основной удар приходится по внешнеполитической повестке, хотя для США это, в принципе, не очень приемлимо: такая тема обществу не очень интересна. Внутренние инициативы Трампа, например, его готовность пересмотреть обамовскую реформу здравоохранения, находят куда гигантскую поддержку в республиканских кругах, чем намерение отрешиться от глобального лидерства и переустройства мира.

Понятно, почему это вызывает болезненную реакцию сделана заявка на отход от внешнеполитического консенсуса, существовавшего даже не 25, а порядка 70 лет. После 2-ой мировой войны Соединенные Штаты заявили о себе как о флагмане свободного мира, распространение свободы всегда было идеологическим императивом, и когда Российский Союз самоликвидировался, то лидерство в западной системе естественным образом превратился в глобальное. Трамп старательно избегает лидерского языка, подчеркивая необходимость вернуть величие, что совсем не то же самое. Победитель обязательно должен вести кого-то за собой, в то время как великий утверждает свои интересы по возможности в согласии с другими (но необязательно).

Это, естественно, очень облегченная схема. И Победитель никогда не управлялся идеалистическим альтруизмом, всегда осознавал, что нужно непосредственно ему. И великая держава, в особенности такая, как Америка, не может погрузиться в изоляционистский меркантилизм, очень от нее практически все зависит в мире, и от многого зависит она сама. Но мотивация 2-ух подходов очень различна, как и система ценностей. Поэтому сегоднящая эскалация противостояния не просто попытка политической знати остановить зарвавшегося парвеню, а схватка за роль Америки в мире. За то, чтобы не допустить пересмотра итогов холодной войны. Неувязка появилась не из-за Трампа, как раз напротив, его появление стало следствием накопившихся внутренних противоречий на этот счет.

Тараном против курса Трампа выбрали российскую тему. Отчасти это стечение событий, отчасти ход вполне логичный и даже символичный. Кульминация американского доминирования была связана с исчезновением Москвы как системного оппонента и головного фактора международной политики. Глобальное лидерство забуксовало не из-за Рф, но это совпало с моментом, когда Кремль мобилизовал свой потенциал, чтоб повысить статус в международной иерархии и выделить, что западное доминирование заканчивается.

Приемлимо, что в центре нашумевшего доклада о российском вмешательстве в американскую избирательную кампанию не технические подробности, а политические умозаключения, большая часть которых оценочные суждения. Мол, Путин не вожделел победы Клинтон и распорядился ей мешать. По такой логике можно вернуться к разбору событий 2011-го, когда администрация Барака Обамы очень не вожделела (и не скрывала этого) возвращения Путина на должность президента, либо Одна тысяча девятьсот девяносто 6 года, когда администрация Билла Клинтона очень вожделела, чтобы президентом остался Борис Ельцин.

Пробы Трампа и его соратников навести внимание на то, что хакерские атаки стали возможны из-за небрежного и технически безответственного дела функционеров Демократической партии (а у Клинтон, как понятно, своя богатая история свободного обращения с скрытой информацией), не вызывают интереса. Парадоксальным образом американские официальные лица в один миг признали российскую трактовку понятия информационной безопасности, против которой ранее возражали, потому что усматривали в ней покушение на свободу инфы. На данный момент они сами делают упор не на безопасность инфраструктуры, а на содержание, собирая воедино и активность взломщиков, и фабрику троллей, и телекомпанию RT.

Все это подчеркивает тот факт, что развивающийся кризис носит идеологический характер. Речь идет о столкновении разных подходов к мироустройству внутри самих ведущих стран (общество против номенклатуры). Россия же оказалась не на сто процентов по собственной воле, хотя и небезосновательно олицетворением того подхода, что противоборствует западной полосы 1990-х 2000-х. И внешней предпосылкой, на которую можно списать внутренние неурядицы. Потому что Две тысячи семнадцать год период принципных выборов в Европе (Нидерланды, Франция, Германия), кампания Путин угрожает честному голосованию разворачивается и в Старом Свете. В авангарде Германия, где сценарий уже копирует американский, но с германской обстоятельностью. Главный аргумент: Ангела Меркель остается хранителем либеральных ценностей (уже не раз полушутливо-полусерьезно звучала мысль, что после избрания Трампа победителем свободного мира становится Германия), поэтому задача Кремля избавиться от нее. Во Франции этот мотив выражен не так ярко, но разумеется будет усиливаться ближе ко дню голосования.

Последствия всего этого тяжело предсказать. Цель нынешних разоблачений Рф Трамп. Но ведущий его недруг среди республиканцев Джон Маккейн заявил, что легитимность избрания президента не ставится под колебание, хотя Путин ему и симпатизировал. Не на сто процентов ясно, как примирить одно с другим, потому что раздувание масштабов и эффективности российского вмешательства неизбежно заставляет спросить, а реальный ли правитель? И Трампу придется хитро изворачиваться, реагируя на заявления разведки, чтобы не подбрасывать оппонентам новых резонов в пользу его путинизма. С другой стороны, отговорки Маккейна тоже на сто процентов объяснимы отмена результатов выборов станет фатальным потрясением для американской политической системы. Так что более вероятный путь дискредитация Трампа как победителя, не понимающего реальных угроз гос безопасности, и попытка импичмента на этих основаниях. Тут, правда, необходимо иметь в виду, что сам Дональд Трамп показал свои бойцовские характеристики, у него есть реальная поддержка важной части рассерженных янки, так что без грозного боя он не сдастся.

Несколько лет назад сначала когда разразился мировой валютный кризис, а позднее на фоне столкновений на Украине и в Сирии заговорили о том, что новое мировое устройство, то самое полицентричное, что бы это ни означало, возникнет не в конечном итоге большой войны, а в серии региональных потрясений. Так и происходит, но тогда не довольно кто мог представить, что от потрясений не застрахованы и самые главные страны мира Соединенные Штаты и ведущие страны Европы. А они, как мы уже смотрим, склонны проецировать собственные задачки вовне. Что может при неблагоприятном стечении событий нанести куда больший урон международной стабильности, чем даже деяния на Ближнем Востоке.

Ленту.ру

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *