Статьи

Федор Лукьянов «Президент нашей мечты. «

Словосочетание президент Трамп становится одним из самых главных в мировой политике. А мир понимает, что он не случайность и не некто, десантировавшийся с Альфа-центавры. Как замечает в интервью нашему журналу Эдвард Люттвак, на Девяносто процентов Дональд Трамп неизбежность.

Когда проходит 1-ый шок у одних и эйфория у других, выясняется, что Трамп фигура, может быть, и необыкновенная, но совершенно не чуждая гос политической традиции. Его инаугурационная речь стала очень четким и понятным изложением ограниченного мировоззрения, которое не только всегда присутствовало в американской политике, ну и доминировало в протяжении большей части ее истории. Борьба меж желанием выходить на мировой простор в качестве принципного игрока и рвением сконцентрироваться на внутренних задачах, а от мира вокруг нас по возможности отгородиться составляла содержание споров о курсе Соединенных Штатов с момента их основания.

До Первой мировой войны позиции изоляционистов (разной степени) были заблаговременно прочнее. Президенту Вудро Вильсону удалось убедить граждан, что США должны вмешаться в европейскую заваруху (против этого предупреждали еще отцы-основатели), но позже его сообразила тяжкая неудача собственный Конгресс отказался поддержать либеральный мировой порядок под американской эгидой. Придуманная Вильсоном Лига наций собралась без Америки. Настроения поменялись после 2-ой мировой, в какой Соединенные Штаты участвовали уже не из суждений мировой роли, а отвечая на нападение Стране восходящего солнца. Идеи Вильсона легли в базу американской политики после Одна тысяча девятьсот 40 5 г., ну и тогда противодействие не прекращалось. Активистам помогало наличие Российского Союза, как писал историк идей Уолтер Рассел Мид, СССР был идеальным противником и для либерально настроенных интервенционистов, потому что стремился к доминированию на мировой арене, и для изоляционистов, ведь он олицетворял опасность навязывания другой общественной модели и образа жизни самим Соединенным Штатам.

Распад коммунистического лагеря вытолкнул Америку на позицию глобального гегемона, что было воспринято как естественная победа сторонников внешнеполитического активизма. Вобщем, и тогда далеко не многим это было очевидно. Выступая с ежегодным обращением к цивилизации в январе 1992-го президент США Джордж Буш-старший подчеркивал:

Некоторые молвят, что на данный момент мы можем отвернуться от мира, что у нас нет никакой особой роли. Но мы Соединенные Штаты Америки, победитель Запада, который стал победителем всего мира. Пока я президент, я буду и дальше решать усилия в поддержу свободы всюду, не из высокомерия, не из-за альтруизма, а во имя покоя и безопасности наших детей Сила на службе мира не порок, изоляционизм на службе безопасности не доблесть.

Он обращался к тем, кто считал, что с крушением Советов миссия выполнена и Америке пора вернуться домой. И хотя Билл Клинтон, сменивший Буша в январе 1993-го, был адептом глобального лидерства США, уже в 1994-м на выборах в Конгресс сокрушительную победу одержали республиканцы под водительством твердокаменного Ньюта Гингрича. Он сейчас один из идеологов и ближайших соратников Трампа.

Период с Одна тысяча девятьсот девяносто три г. стал страхом для тех, кто вожделел бы, чтобы Америка сосредоточилась на собственных делах. В попытке правильно переустроить мир Соединенные Штаты брали на себя больше обязательств. Время от времени благие намерения приводят к бедам бóльшим, чем случилось в этот раз пишет Эндрю Басевич. Он имеет в виду военный компонент политики итогом эйфории стало не просто частое применение силы, а внедрение ее по странным и ненужным поводам с сокрушительно неэффективным итогом.

Но не считая военно-политического был и другой аспект растущее непонимание обыденным янки того, зачем ему вся эта финансовая глобализация, которой умеренно стали приписывать уже все беды. Это и стало последней каплей.

Трамп это, выражаясь биржевым языком, циклическая корректировка рынка. Величие в его понимании ни в коем случае не глобальная ответственность, а способность показать всем пример успеха (очень в духе отцов-основателей), никому ничего не навязывая, также демонстрация силы на случай, если этого требуют национальные интересы США. Стоит повторить это давняя, укорененная в истории и гос психологии традиция американской политики, которая по стечению событий отошла далеко в тень после холодной войны. Но полное доминирование либерально-глобалистского подхода было не нормой, а исключением, продуктом уникальной и в общем случаем показавшейся ситуации конца ХХ века.

Страсти вокруг Трампа, может быть, затихнут, хотя ранее будет предпринята попытка все-таки от него избавиться пробы накопать основания для импичмента очевидны. Но скорее всего истеблишмент смирится с ним (что не означает отказа от острой политической борьбы), а значит мир ожидает поворот к намного более ограниченной и жесткой Америке. Трамп американский националист, склонный к меркантилизму в экономике и силовому подходу в политике. Россия, в принципе, вожделела такого президента США не его лично, а похожий типаж, понятный и не склонный к лишней политкорректности. Мечта сбылась. Будем смотреть, что она значит на самом деле.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *