Статьи

Что передал Румынии Путин через Додона?

Пиррова победа Кремля в Молдавии и ось Москва-Кишинев-Будапешт

Что передал Румынии Путин через Додона?

Время от времени получаешь повод для патриотической гордости, когда речь идет об отношении российский официальных лиц или президента Владимира Путина к Румынии. И все же и такое может быть.

Подарив по случаю визита президента Р. Молдова Игоря Додона в Москву (17?18 января) молдавскому победителю карту исторической Молдовы (жест все-таки тривиальный и неподобающий глобальному калибру, который стремится получить Владимир Путин), президент Российской Федерации сделал из Румынии, вкупе с ЕС, содержание и повод для встречи с Додоном.

Потому что не считая этой карты Додон возвратился из Кремля ни с чем. Москва не дала ему ничего: открытие российских рынков, помощь молдавским мигрантам, отказ от Меморандума Козака Две тысячи три года в приднестровском урегулировании.

А дискуссия о Соглашении об ассоциации (с ЕС) или карта исторической Молдовы в действительности не касались ни Р. Молдова, ни ее президента. Первой целью был Брюссель, второй… Бухарест. Исходя из этого необходимо обсуждать региональную ситуацию и вызовы в адрес Румынии.

Дайте Москве ошибиться в Кишиневе…

Победа Игоря Додона на президентских выборах была для Москвы пирровой победой. Победа Майи Санду — со всеми сопутствующими рисками — была бы более комфортабельной исходя из убеждений Москвы. Она могла бы расслабленно продолжать все ту же игру ничегонеделания, лучше сказать, неделания ничего положительного для Р. Молдова, в любом случае выпавшей с карты европейской интеграции.

Резко, как минимум формально, геополитический пейзаж меняется из-за победы пророссийского кандидата и обязует Москву выйти из комфортабельной роли — только задирать и пачкать власть, провозгласившую себя проевропейской.

На данный момент Москве необходимо рассчитываться. Другими словами показать, что раболепное и благосклонное отношение в Кишиневе в итоге оплачивается.

Отсюда и визит Додона в Москву, и фактически полное отсутствие содержания у этого визита. Визит должен был состояться.

Во-первых, избрание Додна было имиджевой победой: после Крыма и Украины, молдаване выбирают… пророссийского президента. Пусть Запад умрет от злости!

Во-вторых, Москва, которая в случае с Сирией заявляет о том, что никогда не оставит собственного напарника Башара Асада (в отличие, не так ли, от янки, которые предают собственных не моргнув глазом), не могла не отреагировать, когда пророссийский кандидат, одетый в «национальные» молдавские одежды, победил в Кишиневе.

Но неувязка остается. Додон выиграл (только) выборы, но не власть. И Москва это знает. Поэтому ей тяжело балансировать меж представительством без власти Игоря Додона и властью без представительства Влада Плахотнюка.

Пока, по последней мере, такая география власти в Кишиневе, которую хоть какой из участников противоборства, Додон и Плахотнюк, хотят поменять в собственных интересах. 1-ый — получить власть, 2-ой — представительные должности.

Неувязка еще шире. Игорь Додон стал президентом с помощью Влада Плахотнюка. Додон это знает, Плахотнюк тоже. Но это знает и Москва. У Додона пока символическая власть, Плахотнюк контролирует исполнительную власть и парламентское большая часть. Москва не строит никаких иллюзий насчет того, что она может получить что-то в Кишиневе только с Игорем Додоном, а Плахотнюк никогда не дозволит Додону пожинать лавры возможной победы в отношениях с Россией (экономические, политические, стратегические).

В целом, через призму своей последующей политической карьеры он не может позволить Игорю Додону получить хоть какую-то существенную победу для Р.Молдова. Потому что отцом цивилизации не может стать Игорь Додон, им должен стать… Влад Плахотнюк (так же, как когда-то этой роли добивался Влад Филат).

Влад Плахотнюк, каналы общения которого с Москвой, кажется, заблокированы, уже передал ей послание со страниц издания Fox News, по классической модели умного теляти, который сосет у 2-ух скотин: приветствует «неконфронтационный» подход Трампа к Москве, Кишинев нейтрален, а «мы не агрессивны России», РМ вожделеет быть мостом меж Востоком и Западом и — внимание! — ничего не говорит о европейской интеграции.

И Москва все это знает. И знает, что идет по зыбучим пескам в Кишиневе. Тяжело быть сходу и трезвомыслящим, и влюбленным в отношениях с Р. Молдова! Вприбавок, ее региональные и глобальные интересы еще сильнее. С риском кинуть Игоря Додона и кинуть его только с голый риторикой — так как она сделала и с его политическим и духовным родителем Владимиром Ворониным, когда тот выпрашивал в 2001—2002 годах отзыв Игоря Смирнова из Тирасполя — Москва занимается своими проектами и не отказывается от красных линий в отношениях с Кишиневом.

В данный момент Кишинев становится инвентарем — не самоцелью, а целью для себя. Полезность Додона и его возможная поддержка могут прийти только через такую перспективу.

А целей Москвы, для которых Игорь Додон становится инвентарем, две: Европейский союз и Румыния. Такая самая адекватная система координат для визита свежего президента, одетого в «молдавскую» национальную вышитую рубашку.

1-ая цель Москвы: переговоры с ЕС

Для тех, кто смотрел за молдавскими телеканалами во время президентской кампании в Кишиневе, было очевидно, что одним из главных пт проекта Игоря Додона было открытие российских рынков.

В то время председатель Партии социалистов часами сидел в студиях собственных, и не только, телеканалов, пытаясь разъяснить народу, как он будет продавать сбор в Рф после того, как он будет избран президентом.

Рассказ звучал примерно так: Соглашение об ассоциации (с ЕС) опасно для Р. Молдова, потому что ее продукты не конкурентоспособны на европейских рынках, а экспорт в ЕС падает. И в то время, когда европейские продукты наводнили молдавский рынок, местные производители фруктов, овощей, консервов, вина и т.д. совершенно утратили российский рынок. Но когда Игорь Додон станет президентом, российский рынок откроется с помощью чудесного «Сезам, откройся!», произнесенного по-русски с молдавским акцентом, и процветание вернется. В этом состояла суть экономической программы Игоря Додона.

Но чуда не случилось! Кандидат Рф не смог открыть рынок Рф. И не сделает этого в ближайшее время. Владимир Путин ясно произнес это во время пресс-конференции. К Р. Молдова будут относиться, как к Украине. Она не может иметь все, и российский рынок, и европейский рынок, открытый Соглашением об ассоциации с ЕС.

Россия добивается своей старой цели: находиться за столом переговоров с ЕС, когда речь идет о применении торговых соглашений со странами, у каких уже есть подписанные соглашения с Россией. Переговоров, на которых непременно можно добиться многого, если есть готовность и желание наших партнеров из ЕС и, естественно, Р. Молдова, произнес Путин с вежливой твердостью.

Игорь Додон поторопился отреагировать, заверив аудиторию в том, что он обсудит этот вопрос с партнерами из ЕС во время собственного визита в Брюссель в феврале.

Полное поражение. Главный экономический пункт предвыборной программы Додона, открытие российских рынков, повис в воздухе. Додон надеется получить это в Брюсселе, но как, непонятно.

Президент Р. Молдова верит, что он, может быть, убедит вице-председателя (Европейской) Комиссии (Федерику) Могерини, чтобы включить Россию в трехсторонние переговоры по этим торговым соглашениям. Будем глядеть с энтузиазмом. Но будем делать это, напомнив президенту Додону, что ЕС — это не только один европейский комиссар, беспринципно, кто он, ну и страны-члены. Включая Румынию, которая тоже произнесет свое слово. Та Румыния, которую Додон презирает и игнорирует. Он не обязательно умен.

Не считая этого, Румыния, член ЕС и НАТО, была вторым принципным посланием Кремля, переданным через Игоря Додона. Послание об идентичности, а в том, что касается Бухареста и региона, — о конфронтационности.

Дипломатия подарков: чей Дмитрий Кантемир?

Путин и Додон обменялись подарками. Игорь Додон подарил президенту Рф статуэтку русского царя Петра I и господаря Дмитрия Кантемира.

Подарок разумеется был про идентичность. Кантемир — это старая, обычная линия, послание, используемое молдавскими победителями из Кишинева и поощряемая, правда, осторожно, столичной дипломатией.

Говорим с осторожностью, потому что неувязка этносимволической принадлежности господаря, рожденного в Силиштень (Васлуй) и занимавшего трон в Яссах, была разрешена еще … в Одна тысяча девятьсот 30 5 году.

Тогда останки Кантемира были привезены из СССР в Румынию, как часть сокровищ, переданных русскими, и находятся в Храме 3-х Святителей в Яссах. Если СССР, от которого происходит идентичность Игоря Додона (по теории молдовенизма), признал, что место Дмитрия Кантемира в Румынии, подарок кишиневского президента смотрится несколько забавно.

Русские также использовали, но осторожно, похожее послание. В феврале Две тысячи девять года российский министр забугорных дел (Сергей) Лавров посетил Кишинев (перед выборами в апреле Две тысячи девять года), и привез президенту Воронину рукописи Дмитрия и Антиоха Кантемира. Копии, не оригиналы!

В действительности, не считая возвращения останков в Одна тысяча девятьсот 30 5 году, наследие Кантемира представляло собой самую большую культурную операцию после Одна тысяча девятьсот восемьдесят девять года меж Румынией и Российской Федерацией. Речь идет о первых 20 5 томах «Полного собрания рукописей Дмитрия Кантемира», подаренных в Две тысячи двенадцать году Библиотеке Румынской Академии в процессе операции культурной дипломатии, одобренной Владимиром Путиным, которая длилась годами, которая еще продолжается, и в которую были вовлечены, не считая российских экспертов и историков, два посла Российской Федерации, Александр Курилин, а после его отъезда — Олег Мальгинов.

Опытный министр забугорных дел Сергей Лавров и российские официальные лица, которые позже участвовали в проекте рукописей Кантемира, были правы и распределили копии и оригиналы, как полагается: Румынии оригинал, Р. Молдова копия…

Карта и что за ней стоит

Подарок, сделанный русским президентом Путиным, более принципный, но в той же плоскости идентичности. В действительности, необходимо сказать, что только два страны в этом мире могли бы правильно понять и стратегически использовать делему идентичности Р. Молдова: Россия и Румыния.

Если 1-ая превратила проблематику идентичности в замковый камень собственного подхода в Р. Молдова (самые пламенные пророссийские и антирумынские побкдители в Кишиневе были самыми пламенными… молдовенистами и большими сторонниками интеграции Приднестровья!), Бухарест еще неуверенно осваивает стратегическую ставку препядствия идентичности в Р. Молдова, и как следствие, сдержан в доведении до евроатлантических партнеров этой препядствия в ее правильных параметрах.

Путин предложил Додону шахматную доску из бронзы, золота и ценного дерева, плюс карту Молдовы до Одна тысяча восемьсот двенадцать года, когда Бессарабия была оккупирована российской империей после русско-турецких войн.

Справка ИА REGNUM:

Бессарабия, большая часть которой составляет местность современной «Республики Молдова» в ее фактических границах, а южная часть входит в Одесскую область современной Украины, в X—XI вв. входила в состав Древнерусского страны, в XII—XIII вв. — Галицко-Волынского княжества, составила часть образованного среди XIV века Молдавского княжества.

Пребывавшая со 2-ой половины XVI века под османским игом, Бессарабия была освобождена в Одна тысяча восемьсот двенадцать году русскими войсками, и по Бухарестскому мирному договору, заключенному меж Россией и Османской империей в Одна тысяча восемьсот двенадцать году, вошла в состав Российской империи.

Правительство Румыния появилось по решению Берлинского конгресса в Одна тысяча восемьсот 70 восемь году, его базу составили объединившиеся княжества Валахия и Молдавия (без Бессарабии и Буковины). В декабре Одна тысяча девятьсот семнадцать года Румыния оккупировала никогда не принадлежавшую ей Бессарабию. В Одна тысяча девятьсот 40 году СССР вернул Бессарабию, в конечном итоге присоединения которой к Приднестровью была образована Молдавская ССР, распавшаяся в 1990—1991 гг.

Ни Путин, ни другие российские официальные лица не выступали с комментариями на тему карты. Но, ясно, что этот подарок, плюс выступление Игоря Додона и презентация «Истории Молдовы» в 3-х томах в МГИМО, Институте международных отношений (эта история должна поменять «Историю румын», которая на данный момент преподается в Кишиневе) заполняют содержанием и 2-ое послание, с которым выступила Москва во время этого визита Додона. И это 2-ое послание адресовано Румынии.

Додон, как счастливый ребенок, схватил подарок Кремля и показал эту карту всем: «Это подарок Владимира Владимировича… Журналисты часто меня спрашивают, кстати, и румынские: вы говорите, что Румыния плохая. А Россия не плохая? Я отвечаю, естественно, плохая. Потому что в Одна тысяча восемьсот двенадцать году, когда подписывали Бухарестский мир, поторопились и установили границу Молдовы по Пруту. Надо было провести границу исторической Молдовы, на данный момент она была бы едина. Поэтому вот такой подарок получил».

Коротко и ясно. Карта исторической Молдовы, предложенная Путиным, призвана укрепить любимый российский рассказ кишиневских молдовенистов (будь то анти — или проевропейских), согласно которому Р. Молдова является легитимным наследником исторического Молдавского княжества, отличающаяся этнически и лингвистически от Румынии, и как следствие, имеет право добиваться остальную часть Молдовы, находящуюся в составе Румынии.

Этот вид молдовенизма, называемый в Кишиневе «примитивным», был выкован в Молдавской Российской Социалистической Республике в качестве политико-идентитарной позиции после российской оккупации.

После падения СССР и получения независимости Р. Молдова был возобновлен в Одна тысяча девятьсот девяносто четыре году и добился апогея во времена коммунистического правления в 2001—2009 годах.

По сути, утверждается сходство меж гражданством и этнической группой, в конечном итоге чего возникает этническая молдовенистская позиция с претензиями на 650-летнюю историческую легитимность, присваивая себе просто и часто нелепо историю всей средневековой Молдовы.

И это с риском массированного наложения на позицию румынской идентичности, еще лучше обоснованную географически (2/3 местности средневековой Молдовы находится в Румынии) и исторически (столица средневековой Молдовы, княжеские знаки, река Молдова и т.д.), чтобы предъявлять права на этносимволическое наследие местности, учредившей Старое Королевство, а позже и Великую Румынию.

К тому же, по иронии, государственнический ритуал кишиневских победителей осуществляется перед статуей Стефана Великого, построенной в 1925—1928 годах во времена… Великой Румынии!

Но молдовенизм опасен геополитически. Неизбежная логика такой позиции толкает к патологическим рассуждениям типа «Великая Молдова», выражаемым публично через гражданско-политические движения, поощряемые из Кишинева, газеты, очевидно придерживающиеся этого вектора (размещенном или нет в названии), или ужасающе-юношеские выступления. Додон много раз ссылался на их.

Подарок президента Путина — это, на самом деле, предупреждение и угроза. Но до того как перейти к выводам, сделаем еще одно связанное с подарком Путина уточнение, которое Игорь Додон вызывающим образом игнорирует.

Если Молдова не Румыния, то и Приднестровье не Молдова

Если кто-то и должен радоваться подарку Путина вместе с Игорем Додоном, но по другим мотивам, это… тираспольские побкдители. Игры с исторической Молдовой служат приднестровскому сепаратизму, по сути уплотняя его. Может, это более тонкое послание кремлевского победителя? Занимайтесь Румынией, потому что Приднестровье все равно вам не принадлежит и не будет принадлежать?

Не знаем. Но, ясно, что еще одно следствие молдовенистской позиции предполагает, в качестве первой логической меры, отказ от… Приднестровья, которое никогда не было частью средневековой Молдовы (но формально было частью МССР и Республики Молдова). Потому что, хотя почти всегда это не заметно, в Приднестровье протекает широкий идентитарный процесс, практически всегда, зеркальный молдавскому. В данный момент не ясно, в какой мере удался проект идентичности этой республики.

Нет данных, которые указывали бы на успех, но нельзя исключать и гипотезу о том, что он (проект) повлиял на поколения, родившиеся в Приднестровье примерно с Одна тысяча девятьсот восемьдесят 5 года (т.е. более 30 лет назад), выросшие и воспитанные без связи с Р.Молдова.

Их региональную принадлежность попробовали умеренно конвертировать в «государственную» принадлежность, не признанную никем, даже Россией (которая употребляет ее только для блокирования доступа Р. Молдова к евроатлантическому месту, включая объединение с Румынией).

Но этнические и молдовенистские стратегии идентичности не останутся без последствий на левом берегу Днестра, потому что приднестровский сепаратистский регион будет отвечать на их зеркально, беря во внимание сходство процессов типа «часть, которая вожделеет стать целым», подходящим для обоих берегов Днестра.

В конечном счете, если Р. Молдова не Румыния, из-за разных исторических процессов и опыта, из-за того, что 1-ая как правительство много времени находилась вне Румынии и развивалась независимо и т. д и т.п., почему это не может быть полностью оправданным и в случае… приднестровского региона?

Румыния и российско-молдавско-венгерская ось

У визита Додона в Москву было две цели, а Москва выступила с 2-мя посланиями. Одно ЕС, другое Румынии.

В этом визите ни Игорь Додон, ни Р. Молдова, в действительности, не имели значения. И не будут иметь большого значения и впредь. Послание Путина может быть о замораживании всех дискуссий с Румынией и хитроумным объявлением региональной конфронтации средством Р.Молдова.

Если дела обстоят таким образом, Бухаресту необходимо приготовиться к сложным ситуациям. И не из-за Додона, который является обыденным региональным термометром. Потому что в перспективе возможной региональной дипломатической конфронтации партнером путинской Москвы поначалу будет не президент РМ. Им будет тот, кого Игорь Додон много раз молча и каверзно подразумевал, когда говорил о двойной румынской злобы, на Восток и на Запад, и о том, что Румыния включает местности Р. Молдова и Венгрии: Будапешт Виктора Орбана.

Визит Додона в Москву может означать начало региональной идентитарной конфронтации, к которой Бухарест должен приготовиться сейчас в перспективе 2018-го и Две тысячи 20 годов (столетие Трианона).

Через такую перспективу необходимо глядеть и оценивать РМ и деяния ее победителей. Бухарест (больше) не может позволить себе в этот момент выписывать и оплачивать незаполненные чеки.

Дан Дунгачиу — директор Института международных отношений Румынской Академии.

Источник: Adevarul. ro

Дан Дунгачиу

Источник: regnum.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *